«Цирк засасывает». Как воронежский акробат-чемпион работал в «Дю Солей»
Почему Сергей Батраков оставил спортивную карьеру на ее вершине и что было дальше
Воронежец Сергей Батраков – заслуженный
мастер спорта по акробатике, чемпион мира 1999−2000 годов. Победитель
чемпионата Европы, двукратный абсолютный чемпион России, обладатель Кубка России,
член сборной России с 1996 года. Почти четыре года Сергей Батраков работал в
российских цирках, а потом еще восемь – в знаменитом «Дю Солей». О своем
творческом пути Батраков рассказал корреспонденту РИА «Воронеж».
Арена вместо
зала
Содержание статьи:
– Как вы попали в акробатику и почему так рано – в 23 года – завершили
спортивную карьеру?
– В акробатику пришел в семь лет. Жили
мы тогда в Никольском, к нам в первый класс заглянул тренер Андрей Поздняков, чтобы
найти ребят для секции. А завершили карьеру (я выступал в паре с Алексеем
Аникиным) в 2000 году, когда стали абсолютными чемпионами мира. Мы тогда
были, что называется, в силе. Могли бы свободно выступать еще пару лет, но
после победы на чемпионате мира стимулов не осталось – всего, что могли,
достигли, внутри пустота. Алексей начал говорить, что ему все надоело, что он
больше ничего не хочет. Интереса уже не было, плюс у меня появилась семья, надо
было где-то зарабатывать. Зарплат у нас не было (получали небольшую стипендию
от спортивной школы), особых перспектив – тоже. Пора было что-то менять.
На чемпионате мира
На чемпионате Европы
– Так на вашем горизонте нарисовались очертания циркового купола.
– К тому времени многие наши
партнеры после завершения карьеры ушли работать в цирк и советовали нам уходить
туда же. Мы поговорили со своим тренером, сказали, что уходим. Этот тяжелый
разговор продолжался часов пять, он уговаривал еще на пару лет остаться. В
общем, расстались мы, до конца друг друга не поняв. В 2001 году мы ушли в
Росгосцирк к народному артисту России, акробату Вячеславу Черниевскому, который
занимался номерами с подкидными досками. Он вышел на нас, мы откликнулись. Они
только приехали из Монте-Карло, победили там на международном фестивале циркового
мастерства. Из номера Вячеслава Черниевского тогда кто-то ушел, и он срочно искал
замену. Мы с Аникиным приехали, он даже нас не просматривал – сразу же пошел
оформлять.
В трудовой книжке появилась запись «артист-акробат».
У нас был высший, 17-й разряд плюс надбавка 350%. По тем временам это были
очень приличные деньги.
Мы пришли в этот номер под девятимесячную поездку в Швейцарию на гастроли. Думал,
приеду, куплю в Воронеже квартиру. А вышло так, что акробат не решился
выпускать этот номер за границу, и вместо девяти месяцев в Швейцарии мы
получили восемь месяцев репетиций в Москве. В конце 2001 года мы все же поехали
за границу, были месяц в Париже и Ницце. Потом – в Киев, потом – в Астрахань –
и опять сели на репетиции. Подумал, что надо, наверное, менять номер, куда это
годится – два репетиционных периода по восемь месяцев!
Кстати, когда мы с Аникиным ушли в
этот номер, то в 2001 году параллельно выступили на открытом чемпионате США,
где стали сильнейшими. В спорткомитете нам загранпаспорта для поездки в
Швейцарию отдавать не хотели, только после того, как съездим в США, обещали
сделать это. Пришлось ехать. Туда приезжали ребята из цирка «Дю Солей», с кем-то
мы познакомились, обменялись контактами…
– Но до «Дю Солей» вы поработали еще в одном российском цирке.
— В 2003 году ушел в номер «Эквилибр в кольце»
в цирк на Цветном бульваре, там было гораздо лучше с перспективами заграничных
поездок. А номер здесь был сложнее, чем в моем предыдущем цирке. С ним мы
сначала поехали в Казань, а потом – на три месяца в Японию. С этим номером проехали
и Бельгию, и Англию. Лучше всего принимали в Японии. Там вообще восторженный
народ, а в Англии порой бывали полупустые залы. Наши заработки не зависели от
числа проданных билетов.
В московском цирке. Сергей Батраков – слева
Скажу, что цирк засасывает – туда
непросто попасть, но и тяжело уйти. Этот номер я завершил для себя в 2005 году –
мог бы и еще остаться, но психологически тяжело: очень рискованный номер,
ошибся на миллиметр – и становишься инвалидом. И так, условно говоря, каждый
день. Я возвратился в Воронеж, купил семье однокомнатную хрущевку. Какой-то
промежуточный рубеж был достигнут, мы более или менее встали на ноги.
Когда вернулись в Россию, еще после
номера с досками Алексей Аникин сказал мне, что хочет попробовать себя в цирке
«Дю Солей». В итоге он ушел туда раньше меня, а я – спустя почти пять лет, когда
Леши там уже не было.
Кожа в подарок
– Как возник вариант с «Дю Солей»?
– Моя жена Наталья (мы поженились в
2000 году), бывшая гимнастка, после завершения карьеры занималась в Воронеже
фитнесом, массажами, мы нашли ей место для работы – типа спорткомплекса, она
стала там исполнительным директором. Я там немножко вел тренажерный зал, потом
набрал группу акробатов. И в октябре 2005 года мне позвонили из «Дю Солей» ребята
из Краснодара, мои коллеги-акробаты, с которыми часто пересекались на
соревнованиях. Они уже почти три года работали в номере Varekai, и им нужен был так называемый средний, а это
было как раз мое акробатическое амплуа. Они просто прощупывали почву, чтобы
потом ручаться за меня перед своим руководством.
Жена была категорически против того,
чтобы я туда ехал. Решили в конце концов, что я отправлюсь, но один. Кстати, в
1998 году «Дю Солей» приезжал к нам в Воронеж на отбор спортсменов, они
просматривали акробатов и гимнастов, и Наталья попала к ним на карандаш, с тех
пор была в их базе данных. Представители этого цирка ездят на все крупные
турниры по акробатике и гимнастике – чемпионаты Европы и мира – и присматривают
своих потенциальных кандидатов. Напрямую спортсменов никто не переманивает, все
решается только через тренера.
В общем, я один уехал в Монреаль 25 октября 2005 года. Первый контракт был трехмесячный, репетиционный. Приехал, с
меня сняли все мерки (они делают маски и шьют костюмы). Начали вводить меня в
номер, где всего было 13 человек, причем все русскоговорящие, все гимнасты или
акробаты – граждане бывших союзных республик СССР.
– Какими были первые впечатления?
– Практически всех, кого встретил,
я знал раньше по миру спорта. Словно попал в родной дом. Из Монреаля меня
направили во Флориду в Сент-Питерсберг, там месяц я входил в работу. Шоу Varekai идет два с половиной часа, это большой
спектакль, упрощенно говоря, основанный на танцах народов мира. На протяжении
спектакля ты задействован: переодеваешься, меняешь костюмы – и снова работать.
Мне перед началом работы преподавали азы актерского мастерства.
У каждого артиста есть свой личный
контракт, в котором оговорены его заработки, премиальные, страховка и многое
другое. Параллельно по миру гастролируют несколько программ «Дю Солей». Обычно
шоу этого цирка живет 15−20 лет. Тому, кто год отработал в цирке, дарят
фирменную ветровку, кто пять лет – кожаную куртку, а 10 – кожаный плащ.
– Какие требования предъявляются к артистам?
– Если у человека проблемы с
дисциплиной, ему пишется три письма с предупреждениями. Если ничего не
меняется, контракт автоматом расторгается. Каждые полгода мы сдавали тесты
по физподготовке – подтягивались, отжимались, причем делалось все всерьез, с
подсоединением напульсников, позволяющих снимать основные показатели организма. Нужны физиопроцедуры – в
помещении самого цирка шапито был специальный кабинет. Никто ни за кем не
бегал, не следил, можно было и выпить, и покурить, если это не мешало работе. В
случае травмы или болезни тебя лечили за счет компании, никто никого никогда не
бросал. Всегда выплачивали все деньги полностью.
Цирк «Дю Солей»
– С какого возраста берут в этот цирк?
– У нас было двое мальчишек из
Китая по 12 лет, с ними везде ходила гувернантка, которой платил сам цирк. Были
две 16-летние девочки из России, к ним тоже была приставлена гувернантка.
Цирк «Дю Солей»
Старший – «голландец»,
младший – «аргентинец»
– Сколько всего вы проехали стран с Varekai?
– Практически весь мир. Северную и
Южную Америку, Европу, Австралию, Новую Зеландию. На каждом представлении – аншлаг,
несмотря на среднюю цену билета в 500 долларов. Причем билеты обычно бронировали
за полгода!
Цирк «Дю Солей»
– В чем секрет успеха этого цирка?
Сауны Воронеж
– Цирк необычный: в нем нет
животных, зато есть настоящие дорогие спектакли с дорогими костюмами и
декорациями. Если сравнивать русский цирк с «Дю Солей»… может, хоть как-то с
ним можно сравнить московский цирк на Цветном бульваре. Я после него всем
спортсменам советую ехать работать в «Дю Солей», если есть хотя бы какая-то
возможность. В мои годы воронежцев – акробатов, гимнастов
и батутистов – в цирке «Дю Солей» было порядка 15 человек.
Цирк «Дю Солей»
– Что запомнилось за годы работы там?
– К нам по всему миру всегда
приходили знаменитости. В Австралии, например, Костя Цзю, который после представления
пригласил нас к нему в гости – жарили барбекю, парились в бане, плавали в
бассейне. Приходил актер и продюсер Пирс Броснан, общались с Полом Маккартни.
С женой и Костей Цзю
С Полом Маккартни
С Александром Овечкиным и сборной по хоккею
С артистом Анатолием Белым
С пародистом Александром Песковым
Однажды в Австралии к нам на
репетицию пришло телевидение, девушка-оператор стала снимать. А у нас в номере
есть качели, и она решила снять их сзади, не учтя, что они обратно летят на нее…
В общем, ее ударило так, что улетела на седьмой ряд. Переломы ребер, разбитая
голова, разбитая камера… Были и у нас, артистов, легкие травмы, но ничего
страшного не случалось.
Международная семейная медицинская
страховка распространяется не только на артиста, но и на его родных. Надо,
например, в России вылечить зубы жене, лечишь, привозишь чеки, и все по факту
оплачивается. С конца 2005 года Наталья поехала со мной в США, немного вела
фитнес, делала массаж. Мой первый сын, Георгий, родился в 2008 году в Амстердаме,
а Антон появился на свет в 2012-м в Аргентине. Так вот, роды в Голландии стоили
порядка 25 тыс. евро, и их полностью оплатили мои работодатели. А появление на
свет Антона стоило 5 тыс. долларов, это тоже нам оплатили.
Но там есть один
нюанс: налоги с заработков ты платишь по тарифной сетке той страны, где
зарабатываешь во время гастролей. В той же Голландии это 60%, в Австрии – 20%,
в Испании – 40%.
Следующий этап
– Почему в 2013 году пришлось уходить?
– Это шоу изначально создавалось
как семейное, мы выступали в шапито, вмещавшем порядка 2−3 тыс. зрителей, с
нами по миру ездили трейлеры с оборудованием, у нас были своя школа, столовая.
А в 2013 году шоу решили перевести под крыши дворцов спорта – может быть, чтобы
увеличить прибыли, может, – просто поменять формат своих программ. Теперь это
называется «арена-шоу». Если при прежнем формате мы, артисты, ездили по миру со своими семьями и это было
за счет компании – полеты по миру, проживание, – то новый формат означал, что ты
живешь в гостинице с партнером по номеру, а семья живет где хочет. Раньше мы
переезжали с семьями в одном самолете или автобусе, а теперь семья не могла
лететь с тобой одним рейсом и жить в одном номере. Хочешь – привози всех, но
они будут жить отдельно и за твой счет. Это и стало основной причиной непродления с моей стороны контракта
с «Дю Солей».
Старшему сыну было уже пять лет, дело шло к школе, надо было
обживаться дома. Можно было, конечно, остаться жить в США или другой стране, как это
сделали многие мои партнеры, но мы с женой решили вернуться в Воронеж.
Ежегодно после подписания очередного
контракта артист получал тур-план (план гастролей на год), и становилось
понятно, сколько он заработает. Отпуска были, особенно между переездами на
гастроли. Пока, допустим, морем перевозится из Америки в Австралию весь
реквизит, ты можешь взять себе отпуск.
– Тяжело далось решение не продлевать контракт?
– Сложным оно не было. Хотелось в
Воронеж, куда мы раз в год в отпуск приезжали обязательно.
– По вашим ощущениям, до скольких лет вы могли бы работать в этом цирке?
– Думаю, лет до 45−50, главное – избегать
вредных привычек и держать себя в форме.
– Какими видите сейчас те восемь лет в «Дю Солей»?
– Такая жизнь для меня была
интересной: ты путешествуешь по миру, работаешь и получаешь за это достойные деньги.
В конце карьеры я занял в своем номере (в качелях) ранг капитана, то есть помощника тренера.
Заболел тренер – я вместо него провожу репетицию, что-то типа играющего
тренера. Иногда приходилось в спектакле исполнять чужие роли.
– Сейчас с «Дю Солей» можете сотрудничать? Например, быть скаутом по
Черноземью, вести базу данных потенциальных кандидатов?
– Такой человек есть в Ярославле, он
работает на этот цирк, смотрит по всей России акробатов и гимнастов. Это не мой
огород. Но интересно было бы, конечно, поработать так.
– Что было после вашего возвращения в Воронеж?
– Мы приехали 26 октября 2013 года,
я поискал было работу, ничего
нигде не нашел. И весной 2014-го пошел в родную школу, МБУ СШОР №2, где
начиналась моя спортивная карьера. Начал с группы самых маленьких. За эти годы
подготовил четырех мастеров спорта, нескольких кандидатов в мастера и группу
разрядников. Так случилось, что мне пришлось уйти оттуда в сентябре 2021 года.
– Сейчас вы тренируете юных акробатов в Новоусманском районе.
– Я с семьей поселился в Отрадном,
ездил оттуда в город на тренировки. И года три назад директор отрадненской
школы попросил меня организовать в школе секцию акробатики. Я начал заниматься
в зале с ребятами по выходным. Руководство района меня поддержало, и мы потихоньку стали развивать акробатику. Теперь веду ее секцию при районном учреждении
дополнительного образования. С сентября-2021 это является моей основной работой.
Сейчас у меня в секции занимаются две группы по 12 человек. Оснащение нашего тренировочного
зала позволяет готовить спортсменов массовых разрядов. Среди моих учеников уже
появились акробаты-разрядники.
– Сыновья имеют отношение к акробатике?
– В Отрадном я начал работу во
многом из-за них – чтобы подтянуть их к своему виду. Но старшему, Георгию, уже
надоело. Антон еще ходит, но по менталитету он не спортсмен, акробатика не его
вид. Он скорее борец.
– Где сложнее в плане физических нагрузок: в спорте или в цирке?
– Конечно, в цирке. В спорте ты
оттренировался и ушел домой, а в цирке – репетиция плюс выступления каждый
день. В цирке чуть проще в другом плане: не ставят оценки за выступление, судей
там нет – только зрители, которые хлопают тебе в любом случае и прощают ошибки, а чаще их и не замечают.
Справка РИА «Воронеж»
Cirque
du Soleil (от фр. «Сирк дю солей» – «Цирк солнца») –
канадская компания, определяющая свою деятельность как «художественное
сочетание циркового искусства и уличных представлений». Была основана в 1984
году Ги Лалиберте и Жилем Сент Круа, базируется в Монреале (Канада).
Сергей Батраков с Ги Лалиберте (слева)
Цирк
известен принципиальным отказом от участия животных в спектаклях и своими
синтетическими представлениями, в которых цирковое мастерство соединяется с
музыкой, причудливым дизайном и хореографией. В штате компании более 4 тыс.
человек, работающих в разных труппах, что позволяет давать представления в
разных городах одновременно. Основная часть труппы выступает в Лас-Вегасе,
гастрольная часть ездит с различными шоу по всему миру – как на арене под
временным шатром (шапито) или на постоянной цирковой арене, так и на
театральных сценах и в концертных залах.
Varekai (2002) на языке бродячих
цыган означает «где бы то ни было», «где угодно». Постановка посвящена духу
кочевников, искусству, традициям и атмосфере цирка.