Заброшенные хутора: как пустеют воронежские деревни. Солонцы
Как бывший старший тренер сборной России по ММА начал новую жизнь вдали от родного Норильска
РИА «Воронеж» продолжает рассказывать о
последних жителях умирающих хуторов и деревень региона. Журналистов интересует,
останутся эти населенные пункты на карте через 10−15 лет или исчезнут вместе со
своими последними жителями. Очередной выпуск спецпроекта посвящен хутору Солонцы
Лискинского муниципального района, где постоянно живут два человека.
Территориально Солонцы относятся к Нижнеикорецкому
сельскому поселению и находятся примерно в 8 км от его центра – села Нижний
Икорец. Мимо хутора проходит асфальт, по которому за 10 минут можно добраться
до трассы М-4 «Дон», а если ехать в обратную сторону, то и до Лисок рукой
подать.
В полутора километрах от Солонцов начинается
территория санатория имени Цурюпы, основанного в 1927 году в бывшей усадьбе
помещика, члена Государственной думы генерала Звегинцова.
Хутор Солонцы был основан в 1923−24 годах
переселенцами из соседних сел. По переписи населения начала 1925 года, в
Солонцах Среднеикорецкой волости Масловского сельсовета в 21 дворе проживал 101
житель, а в 1932 году здесь было 135 человек.
В 1959 году хутор входил в состав колхоза имени
Крупской, позже эта территория была подчинена колхозу имени Сталина, который в 1962
году получил название «Маяк». В 1982 году в Солонцах проживал 31 человек, а в
1997 году – всего пять.
– У нас замечательная природа, – заметил глава
Нижнеикорецкого сельского поселения Андрей Тишков, – сосновые и смешанные леса,
речка Икорец с уютным пляжем, которая неподалеку впадает в Дон. А в Солонцах
сейчас стоят в основном дачи, постоянных жителей всего двое.
С одним из них – Александром Волковым –
журналистам РИА «Воронеж» увидеться не удалось, он был в отъезде. Второго
поначалу тоже застать дома не удалось – 50-летний Сергей Пилиховский отправился
на станцию «Лиски» встречать с поезда супругу Ольгу, ехавшую из Норильска.
Жилище Сергея стоит на самом краю единственной
здешней улочки – 8-го Марта. Всего в Солонцах примерно 15 домиков, и все они,
кроме двух, являются дачами. Некоторые вообще заброшены.
Дом, в котором постоянно живет Сергей и наездами
Ольга, имеет редкую для этих мест архитектуру – крыша сделана под немыслимым
углом, а сам короб стоит на сваях. Точно как «на северах», где сооружаются
именно такие дома, чтобы в редкие месяцы весны-лета строение продувалось снизу,
а не «поползло» на подтаявшей вечной мерзлоте. Правда, вместо привычной Сергею мерзлоты
в Солонцах все больше песок.
Сергей – один из известнейших в России тренеров
и арбитров по ММА. Несколько лет работал старшим тренером сборной России,
тренировал бойцов грозненского клуба единоборств «Ахмат». Промоутер,
организовавший несколько турниров по ММА, приятель известных бойцов Федора
Емельяненко и Олега Тактарова.
В интернете можно найти десятки упоминаний о
спортивной и тренерской карьере Сергея Пилиховского, а также массу роликов с
его мастер-классами, поединками, которые он судил, и турнирами, которые
организовывал.
В умирающий хутор воронежской глубинки Сергей попал
из Норильска, где жил с 1975 года.
– Мой дед уехал в Норильск в 1947 году, потом
туда же отправились мои родители, и вся моя жизнь была связана с этим городом, –
рассказывает Сергей. – Я занимался, по-моему, всеми видами единоборств, какие
только возможны. Воевал в Карабахе и Абхазии, организовывал в Норильске
несколько турниров ММА, тренировал сборную России, немного работал в «Ахмате». Есть что вспомнить, конечно. С женой Ольгой мы познакомились в 2016 году – она
прочла мои стихи в интернете, завязалась переписка.
Сауны Воронеж
Четыре года назад Сергей резко поменял свою
судьбу – отошел от мира единоборств и,
как он выражается, «вышел из матрицы» – перестал есть мясо и полностью
перешел на овощи и фрукты, не смотрит телевизор (только YouTube-каналы, связанные с садоводством
и огородничеством), по несколько часов в день медитирует, занимается духовными
практиками, дыхательной гимнастикой (для чего каждый день встает в три утра),
собирает мусор, оставленный отдыхающими по всей округе.
– Не скажу, что для такой кардинальной перемены
были какие-то весомые причины. Просто решил посмотреть на себя другими глазами,
– заметил Сергей. – Я и раньше увлекался поэзией, хорошо знаю, например, Омара
Хайама, изучаю Библию и Коран, даже набрасываю комментарии к ним, пишу стихи и прозу.
Про таких, каким я стал сегодня, люди говорят – «не от мира сего». Кто-то из
моих многочисленных знакомых и друзей, узнав, куда я уехал и как сейчас живу,
крутит пальцем у виска, кто-то сочувствует. А я захотел именно сюда, в
глубинку, чтобы вокруг было поменьше народу, и поселился потому на окраине
хутора. Кстати, недалеко отсюда родина моих родителей, так что выбор Воронежской
области был неслучаен. Хотя вначале посещали и мысли о том, что неплохо бы
пожить в Тибете.
– Какой Тибет, Сережа, – вмешалась его жена
Ольга, – тогда это без меня! Давай лучше обустраивать наше новое место.
Ольга архитектор и дизайнер по образованию, в
Норильске ей осталось доработать два года, чтобы получить заработанную раннюю
«северную» пенсию. Пока она приезжает в Солонцы дважды в год в отпуск. Как и
Сергей, Ольга не ест мяса, но рыбу иногда себе позволяет.
– Обычно мы, северяне, если собираемся уезжать
на материки, то готовимся многие месяцы, а у Сергея это получилось буквально за
несколько дней. Два года назад Сергей решил уехать из Норильска, мы поехали с
ним в Воронежскую область, чтобы искать место для будущего дома. У меня родня в
Россоши, поездили по югу, посмотрели, вроде бы нашли одно приглянувшееся место,
и я поехала домой. Я еще до Норильска долететь не успела, как муж мне позвонил:
«Нашел, нашел!» Это и оказался хутор Солонцы. В Норильске мы облазили весь
интернет, искали проект нашего будущего дома. Смотрели круглые, обычные, в
общем, всякие, пока не наткнулись на этот. Заказали его в Москве, привезли по
частям сюда, и рабочие собрали нам его за месяц. Теперь муж в основном один обустраивает
его и прилегающую территорию.
Если Сергей с Ольгой искали уединения, то место
для этого они нашли почти идеальное: красивая природа, лес, две реки – Дон и
Икорец рядом, а главное – почти полная тишина.
Здесь супруги сажали первые в своей жизни грядки,
собирали первый урожай огурцов и помидоров. Помидоры, не успевшие покраснеть в
2019 году, пошли не только в засолку, но и на варенье, которое готовил Сергей. Он
много чего старается придумать сам – грядки сложного профиля, деревянные домики
для семьи бесхвостых курильских бобтейлов (это порода кошек)…
Из двух толстых стволов дерева изготовил ульи
для диких пчел, которые сюда прилетят. Это прообраз небольшой бортнической
пасеки. Сергей собирается завести камерунских коз, а недавно где-то неподалеку
нашел несколько гранитных глыб и тоже привез их в свой двор, который планирует огораживать
обожженными по японской технологии деревянными поддонами.
По еще не до конца огороженному двору бегает собачья семья питбулей – Боня, его «супруга» Бася и их дочурка, четырехмесячная Моника.
– Мы вообще не собирались ставить забор, –
говорит Ольга, – но сюда, на край хутора, регулярно заходят гуляющие из
санатория Цурюпы, да машины заезжают в поисках дороги на пляж.
Свой дом Сергей называет Аскольдом – так звали
одного из Киевских князей. Почему именно так, Сергей журналистам не объяснил.
Начав новую жизнь, Сергей отчасти попытался
отказаться и от денег как одного из сильнейших факторов связи с внешним миром.
– Когда в Лисках люди узнали обо мне, то посыпались
предложения: то секцию вести, то давать частые уроки. Говорят, что по тысяче
рублей за тренировку мне платить будут, а в прежние годы, когда я бойцов ММА
тренировал, 5 тыс. зарабатывал за полчаса, чтоб просто «лапы» на тренировке
подержать. У меня много знакомых по всей стране, кто-то иногда высылает деньги,
кто-то просто приезжает ко мне поработать. Тут такое место, такая аура, что многие из приезжавших просто
так потом снова появляются и спрашивают: «Чем помочь?» Просто пожить остаются,
поработать, что-то типа трудников в
монастыре. Почему так происходит, до сих пор не понимаю, – признался Сергей. – Сам я сюда никого не приглашаю – наоборот, хочу свести свое общение с людьми к
минимуму, но получается не всегда.
Сергей прочитал журналистам РИА «Воронеж»
несколько своих стихотворений из сборника
«Дежавю», а Ольга показала в одной из комнат женский манекен, из
которого она, как дизайнер, когда-нибудь сделает необычный торшер. Может быть, в
следующий приезд на хутор – в декабре.
– Летом 2020 года, когда горел лес вокруг
санатория и из него эвакуировали отдыхающих, огонь не дошел до нас всего метров 250. Мы уже сидели возле машины,
в которую кинули узлы, ждали самого плохого. Но тогда пожарным удалось
остановить пламя. Может, быть, судьба отвела
от нас несчастье, – рассказала Ольга. – В этот приезд я вылетала из Норильска, там у нас еще в конце мая
снег лежал, а в Солонцах оказалась – как в другой мир попала. В наш с Сергеем
мир.
