Заброшенные хутора: как пустеют воронежские деревни. Долгинка
Благодаря переселенцам разных национальностей поселок получил вторую жизнь
РИА «Воронеж» продолжает рассказывать о последних
жителей умирающих хуторов и деревень региона. Журналистов интересует, останутся
ли эти населенные пункты на карте через 10−15 лет или исчезнут вместе со своими
последними жителями. Очередной выпуск спецпроекта посвящен поселку Долгинка
Новохоперского муниципального района, где постоянно проживают 9 человек.
Долгинка территориально относится к Терновскому
сельскому поселению и отстоит от его центра – поселка Терновский на 6 км.
История этих мест началась в 1812 году, когда
здешние земли были дарованы герою войны 1812 года графу Раевскому. Сюда были
завезены крестьяне с других губерний, а новейшая история Долгинки ведется с
1918 года, когда по инициативе Владимира Ленина
был издан декрет об образовании 800 совхозов на базе крупных помещичьих
хозяйств. Одним из них и стал совхоз
«Терновский», отделением которого стала Долгинка.
В 60-е годы 20-го
века в Долгинке насчитывалось
более 100 дворов, работали две начальные школы, магазин, клуб, библиотека,
фельдшерский пункт, общежитие, ферма.
Одна из здешних улиц даже носит название в память о
совхозных временах – Фермская, есть и переулок Фермский. А две другие –
улицы называются Мирная и Степная.
Совхоза не стало во времена перестройки, но и
сегодня стены бывших трехквартирных совхозных домов напоминают о тех временах.
Долгинка находится на возвышенности, она как бы
доминирует над всей округой. Здесь
просторно и легко дышится. И еще лет десять тому назад могло показаться, что
поселок, где в 2009 году осталось всего 20 человек, ждет стандартная судьба
подобных населенных пунктов, постепенно умирающих из-за отсутствия рабочих
мест, оторванности от цивилизации и отсутствии элементарных бытовых условий.
Но у Долгинки, судя по всему, другая история.
Как ни странно, но кажущийся умирающим из-за
небольшого числа жителей поселок, выглядит перспективнее многих других, где население
гораздо больше. Достаточно сказать, что
по нему только что был проложен асфальт
– редчайший случай!
Глава Терновского сельского поселения Надежда
Писеукова делает все и даже больше, чтобы неперспективная с первого взгляда
Долгинка не только держалась на плаву, но и прирастала новыми жителями.
— Буквально
две недели назад мы заасфальтировали несколько сот метров, так что теперь по
поселку можно проехать в любую непогоду. Скоро вкрутим 15 новых лампочек в
фонари, если люди захотят, проведем газ, главное, чтобы поселок не канул в
лету, а прирастал новыми людьми.
Первой жительницей поселка, которую встретили
журналисты РИА «Воронеж», оказалась 91-летняя Клавдия Петровна Сидорова, всю
жизнь проработавшая дояркой на местной ферме. Но вот уже с 2010 года она на
зиму уезжает к дочери в Анну, и лишь в теплое время года возвращается сюда – в
свою молодость.
— Одной зимой
тут тяжело, поэтому, когда холодно, уезжаю. Вся жизнь прошла тут, а теперь, как
в гости приезжаю в собственный дом, – посетовала пенсионерка.
Специфика Долгинки состоит еще и в том, что здесь
базируются два фермера – Мамед Музафаров и Валерий Кузнецов. Первый живет тут и
держит коров, а второй – Валерий Кузнецов – из поселка Терновский, но здесь
находится его производственная база – склады и техника. А поля разбросаны по округе.
Когда
Кузнецов работает на земле, за главного остается местный житель 57-летний
Александр Ищенко, который подрабатывает у фермера сторожем и поваром. В его
обязанности входит готовка пищи для наемных рабочих, а также – пригляд за
техникой и складами.
— Я всю жизнь
отработал в здешнем совхозе трактористом, – рассказал Александр, переворачивая
рыбу на сковородке. – Сейчас кашеварю на 7 человек, люблю борщи варить и с рыбой
управляться. Какую-никакую копеечку мне
хозяин платит.
Рядом с базой фермера – пустой дом, где прошло
детство Александра. Родителей давно нет, а сам он живет в доме на территории машинного двора своего
работодателя.
— Вот они,
мои красавцы, – Александр показывает на кобылу Малышку и жеребца Орлика. —
Иногда запрягаю их в кибитку и езжу по полям, раньше тут жизнь кипела, а теперь
поселок опустел. Хотя, может быть, все еще не так плохо – новые люди приезжают,
работают на земле.
Собственно, благодаря тем самым «новым людям», о
которых упомянул Александр, Долгинка и держится на плаву. Один из них – Тургун
Али (по – здешнему – Толик) Халматов,
осевший здесь совсем недавно.
Инженер-теплотехник по образованию, он в 2010 году
уехал со своей семьей из родной Киргизии сначала в Екатеринбург, а потом в
Питер.
— Мы –
таджики по национальности, ну, в общем, решили податься в Россию. Своего соседа
– Мамеда я знал еще со школы, мы с ним вместе учились в Киргизии. Он тут осел
раньше, пригласил меня в пустующий совхозный дом. Несколько лет уже здесь, у
меня два сына они учатся в школе в центре нашего поселения, две взрослые дочери
остались в северной столице. Жена – Минавархон
— работает там же – в Питере поваром в ресторане, но через пару
недель она приедет ко мне и останется тут – все-таки жизнь в большом городе
дорогая. А тут мы будем заниматься скотиной – земли вокруг много и люди хорошие
здесь, – рассказал Тургун Али журналистам из Воронежа.
Сегодня в его хозяйстве три дойные коровы и телята, которые
пасутся по двору, огороженному «электропастухом».
— Я
отремонтировал дом, пристроил к нему комнату, – рассказывает хозяин, –
понемногу создаю уют. Жене тут нравится, она жила тут со мной до отъезда в
Питер, а там, говорит, сильно устает – все-таки большой город, ритм жизни
другой. В Долгинке хорошо, земли много, спокойно, новенький асфальт появился,
постараемся провести газ, скотиной разжиться еще не помешает. В общем, собираемся тут с женой встретить старость.
Тургун Али показал бытовые мелочи, привезенные с
далекой родины в российскую глубинку. Это, прежде всего, афтоба- кувшин для
омовения перед молитвой.
«Приезжайте
через пару лет, не узнаете наше хозяйство», – крикнул вслед гостям из Воронежа
Тургун Али.
Второй из фермеров, базирующийся в Долгинке и дающий рабочие места жителям
поселка – Мамед Музафаров, который живет с супругой Назакет. Хозяину- 51 год,
хозяйке – 47.
— Я родом из
Киргизии, – рассказал Мамед, – в 1988 году осел было на Кубани, там встретил
будущую жену, она родом из Грузии. По национальности мы турки-месхетинцы,
приехали в Долгинку в 1992 году – неподалеку отсюда в Таловском районе раньше жило
много земляков, они и посоветовали эти места. Здесь родились трое наших детей,
подарившие трех внуков. Дети ходили в
начальную школу, которая давно закрыта, и ее помещение сегодня примыкает к нашему
скотному двору, туда иногда заходят телята и гуляют по бывшим школьным классам…
Музафаровы держат 50 коров, 70 голов овец, три
десятка коз, плюс – птицу. Трижды в неделю к ним приезжает молоковоз аж из
Белгородской области и забирает 200 литров молока на переработку. «Местные
оптовики предлагают по 15 рублей за литр, а белгородцы берут по 20 рублей – бизнес
– никуда не денешься», – пояснил хозяин.
Несколько лет назад фермер получил грант от
областного правительства, который потратил на покупку коров и нового трактора.
— Обязательно
буду расширяться, собираюсь строить ферму, уже закупил блоки для нее, –
рассуждает Мамед, – сейчас у меня дойное стадо 15 коров, а надо бы иметь их не
меньше 50−60, плюс к молоку, держим бычков, сдаем их на мясо. В общем, скотина
нас кормит.
Почти всю работу на ферме Мамед и Назакет делают
сами, доят коров, задают им корма, а в
межсезонье заготавливают их, правда, иногда приглашают в помощь и местных
жителей. Одна из которых – Ольга Демина в теплое время года пасет стадо коров.
— Мы кормим
наших работников, одеваем их, платим деньги и даем молока, сколько хочешь, –
пояснила Назакет, – с соседями дружим, помогаем друг другу. Здесь очень хорошие
люди, и теперь мы с мужем считаем Долгинку своей родиной. Дети с внуками часто
приезжают к нам, и кажется, немного даже завидуют здешнему простору и тишине. Брат
Мамеда купил здесь домик и тоже собирается перебраться поближе к нам.
Прямо возле двора Мамеда фундамент бывшего
совхозного клуба и общежития, метрах в ста – старинный – еще времен Раевских –
погреб площадью 12х4 метра, в котором в
совхозные времена хранились продукты. Мамед его вычистил, укрепил, и сегодня он
исправно служит новым хозяевам.
Соседка Музафаровых – 60-летняя Мария Крохмалева,
корни которой в Мордовии. Девчонкой в 1978 году она приезжала в эти места на
уборку свеклы, вышла замуж, осела тут, родились дети. Супруга Александра не
стало в 2005 году, сейчас у нее двое детей и внук.
— В последнее
время я работала почтальоном, – рассказала хозяйка. – Тогда познакомилась с
местными стариками, многим из них привозила продукты. И сейчас двое из них на
моем попечении – супруги Боковы. И Николай и Мария инвалиды, поэтому я каждый
день бываю у них, несколько раз в неделю привожу им продукты из магазина в Терновском. Меня никто не просил об этом,
просто это общественная нагрузка, которую сама себе придумала – они мои
подопечные.
Мария обратила внимание журналистов РИА «Воронеж» на
интересный факт – в Долгинке никогда не было своего кладбища, а всех здешних
усопших хоронили в соседней Тамбовке – поселке Таловского района, до которого
два километра. А то самое кладбище отчетливо видно с холма.
— Мы всегда
жили лучше соседей, – рассуждает хозяйка, – в Тамбовке был колхоз, а у нас
совхоз, тем более, что по рельефу Долгинка стоит намного выше Тамбовки. А
теперь и там и у нас мало народа осталось. Но Долгинка точно умирать не
собирается, у нас тут и рабочие места у фермеров есть, и асфальт новенький
проложен, и газ рядом проходит. В общем, поселок точно будет жить, даже когда нас не будет!